Глава 5

1994 год

Артур замер в дверях, и цокнул языком от восхищения. В полумраке переливались цветными лампочками новогодние гирлянды. Они свисали полукружьями со штор, и свернулись клубком в трех стеклянных вазах на полке около кровати. Артур даже не задумывался раньше, что эти огоньки можно использовать не только в Новый год. Артур потянул носом и различил легкий аромат персика. Его источали две зажженные огромные рыжие свечи, чей свет красиво отражался в зеркале трюмо. Из динамиков на стене раздавалась негромкая классическая музыка.

— Да ты мастер спецэффектов, мышонок! — восхитился он, в один прыжок преодолел расстояние до кровати и упал с Линой на расстеленную постель. От белья шел чуть уловимый цветочный аромат, и Артур взглянул на Лину: «Интересно, она пытается произвести впечатление или вправду такая идеальная?»

— Тебе нравится «Болеро»? — озадачила она его вопросом.

— Что это? Никогда не пробовал, — схитрил он.

— Это музыка, Артур, — Лина перевернулась на спину и закинула руки за голову, — послушай сколько в ней магии, и как растет напряжение на фоне одной ритмической фигуры.

— Мое напряжение уже переплюнуло любое болеро, родная, — Артур оперся на локоть и коснулся губами плеча Лины. — Давай о музыке поговорим не сейчас?

Улыбка сползла с ее лица, и взгляд серых глаз потемнел.

— Что случилось? — он взял тонкую руку и коснулся губами нежной кожи на запястье, — Неужели ты еще не поняла, что я никогда не сделаю тебе больно или что-то против твоей воли?

Артур прекрасно понимал, что с ней творится: «Она боится не понравиться, переживает, что я оттолкну ее. Жених, походу, был не только редкий мудила, но зануда и педант во всем. Из тех что в туалете хрен пинцетом держат! Бросить такую девчонку. Ну что ж, мне остается ему сказать только спасибо! Он бросил, я — нашел».

— Никому нельзя доверять.

— А мне? — Артур покрывал поцелуями ее руку.

— С тобой так легко.

— Со мной не будет легко, мышка, — он серьезно посмотрел на Лину, — Я спросил, доверяешь ли ты мне?

— Да. С первого взгляда. Иначе не подошла бы к тебе там, на улице. А ты заступился бы за любую девушку.

— Да. И за ребенка, и за старика. Это по-мужски. Но вот почему я вернулся за тобой, это другой вопрос.

— Почему? Ведь тебя только-только бросила невеста.

— Она не та женщина, что нужна мне, а я не отвечал ее запросам. Хорошо, что мы выяснили это до свадьбы. Я был настолько потрясен этим открытием, что ты сначала показалась видением. А потом, за твоей спиной, я увидел реальность. Твою реальность и бездонные серые глаза, которые молили о помощи.

— И я та женщина, что нужна тебе?

— Боюсь, что так.

— Почему боишься?

— Потому что не уверен, что я тот мужчина, который нужен тебе.

— Если бы мое слово что-то решало…

— Именно твое слово решает. Но только сейчас и навсегда.

— Мне ничего не нужно от тебя Артур, кроме… Любви.

— Мои отлучки и возвращения будут непредсказуемы.

— Чем томительнее ожидание, тем счастливее встреча.

— Да будет так. Есть еще что-то, что ты хочешь мне сказать перед тем, как… Мы станем одним целым.

— Может, это не очень романтично, — смутилась Лина, — но я… ты не бойся, я была после того случая у врача. Со мной все в порядке.

— Я не это имел в виду… — опешил он.

— Но это ведь тоже важно!

— Спасибо, родная, твоя откровенность просто обезоруживает. А теперь прекрати терзать себя, мышка. И запомни! Мне неважно, кто был у тебя до меня, но я не прощу, если будет кто-то после… Это в случае если ты решишь остаться со мной. Так ты хочешь еще что-то сказать?

— Немного раньше ты дал понять, что мы пришли сюда не для разговоров. И я готова стать с тобой одним целым, — Лина ласково провела рукой по его влажным волосам, — С тобой я ничего не боюсь.

Артур тяжело сглотнул, подавив бушующий внутри вулкан.

— Ну что же ты? — она закрыла глаза и обняла его за шею, — Целуй меня, и не останавливайся ни на минуту.

Артуру не нужно было повторять дважды, и он решил больше не обращать внимание на ноты отчаяния в ее голосе: «Судя по всему, любовь никогда не приносила тебе удовольствия, но ничего, я смогу разжечь в тебе желание. А потом ты просто не захочешь останавливаться». Одним движением Артур выпутал Лину из полотенца, и оно полетело на пол.

***

В Артуре бушевала такая страсть, что Лина оказалась не в состоянии сопротивляться тому, что еще вчера ей было невыносимо. Поэтому она просто отдалась воле Артура. Лина вдыхала аромат его тела, и он ей не был противен, наслаждалась вкусом поцелуев, и балансировала на грани безумия от мужской силы, которая исходила от него. Он целовал ее шею, покусывал кожу, спускался к ключице и возвращался к губам. Шептал слова любви и восхищения. И только когда Лина полностью расслабилась, Артур, порхающим движением языка, отправился ниже изучать самые трепетные точки ее тела. Лина застонала, когда он коснулся губами и стиснул в ладонях ее грудь.

— Ты сводишь меня с ума, — прошептала она, нежно царапая его спину.

— В тебе живет необузданная страсть, женщина, и сегодня ты покажешь всю себя.

Его слова обожгли огнем. Трепет внизу живота Лины неумолимо нарастал. Артур вернулся к груди, его губы дарили ей божественное наслаждение, и вскоре она содрогнулась от волны, прокатившейся из недр ее бедер вверх по телу.

Артур ринулся с головой вниз, и довел Лину до полного исступления.

— Что ты творишь со мной? — стонала она, беспомощно цепляясь за сбитое под ними одеяло.

— Я буду делать с тобой это всякий раз, когда мы окажемся в постели, — навис над ней Артур, и соединил их в одно целое. Лина увидела, с какой любовью он смотрит на нее. Была во взгляде и нежность, и благодарность, но именно в этот момент она ощутила его любовь. Сдерживая себя, он вновь вел ее к наслаждению. Лина гладила тугие мышцы его плеч, и постанывала от удовольствия. Но вот Артур усилил темп, она обхватила ногами его бедра, помогая наращивать ритм и амплитуду движения. С диким криком он припал к ее губам, и в этот раз они вместе пришли к пику наслаждения. Когда их тела перестали содрогаться, Артур уткнулся лицом в ее волосы. Его сердце стучало ровно, как молот по наковальне. Всей своей тяжестью Артур навалился на Лину, но она только еще крепче обняла его, наслаждаясь их полным единением.

Он приподнялся на локтях, и потерся об нее носом.

— Такое ощущение, что я знаю тебя всю жизнь. Мне никогда не было хорошо так, как сейчас, — он внимательно посмотрел на нее. — Согласна ли ты принадлежать только мне?

— Да, — другого ответа и быть не могло.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

— Я люблю тебя, — эхом повторила она.

— Как жаль, что у нас всего лишь два дня, — Артур лег на спину и, уложил Лину себе на плечо, обхватив ее руками за талию.

— Не говори так. У некоторых не бывает и за всю жизнь такого счастья, — вздохнула Лина и, выбравшись из его объятий, уселась верхом. — Так что, можно сказать, что мы с тобой богачи.

— Ты мудра не по годам, моя прелесть, — улыбнулся Артур, и, коснувшись руками ее живота, добавил: — И прекрасна, как сама любовь.

— Ах, Артур, эти слова мечтает услышать каждая женщина, — Лина потянулась и закинула руки за голову, — И именно от такого мужчины, как ты.

— А какой я, мышка? —

— Настоящий… Даже если я больше тебя никогда не увижу, эта ночь останется лучшей в моей жизни.

Артур сел.

— Не говори так. Никогда не говори так.

Лина испуганно сползла с него и присела рядом на колени. Артур порывисто снял с себя цепочку с жетонами и вложил в ее ладонь.

— Пусть они всегда будут с тобой, — он коснулся губами ее руки, — всякий раз, когда станет трудно, посмотри на них и вспомни, что я скоро вернусь и решу все проблемы.

— А разве… Разве они не нужны тебе?

Улыбка чуть тронула его губы.

— Скорее противопоказаны, — он плотоядно взглянул на нее, и, повалив на одеяло, провел языком по шее. — Но, кажется, мы заболтались.

***

 Когда Лина проснулась, Артура рядом не было. Она выбежала в коридор, и поняла, что осталась в квартире одна. Ее собранная сумка так и стояла у стены. Разжав кулак, Лина посмотрела на жетоны. Она заснула в объятьях Артура перед рассветом, держа их в руке. Лина коснулась губами к нагретому металлу и прижала жетоны к щеке. Если бы не этот необычный подарок, Лина усомнилась бы в том, была ли взаправду эта волшебная ночь, или ей все приснилось. Она пошла в ванную и встала под душ: «Неужели он ушел совсем? Не может быть, ведь говори, что есть еще одна ночь? Когда ждать теперь его возвращения?». Слова любви Артура поселили надежду в душе Лины. Но почему он не разбудил ее? Она спит всегда чутко, а тут даже не слышала, как он захлопнул дверь.

 Накинув на плечи шелковый пеньюар, Лина вздрогнула, когда холодная ткань коснулась ее сосков. Она закрыла глаза и внутри пробежала легкая волна, при одном воспоминании о поцелуях, которыми щедро покрывал все ее тело Артур. Она надела жетоны на шею и бесцельно прошлась по квартире. Неожиданно собственный дом показался ей чужим. На автомате она застелила постель и поставила чайник. Заглянув в холодильник, усмехнулась: вчера в спешке Лина выкинула творог, молоко, и даже фрукты.  «А вдруг Артур все-таки сейчас вернется? — мелькнула у нее мысль. — Он же наверняка голодный!». Лина полезла в шкафчик, достала сухие сливки, овсянку и поставила вариться кашу. Она гнала прочь плохие мысли, опуская гренки в тостер. Отругала себя, когда в пятый раз метнулась к окну посмотреть, не идет ли Артур. Укутала кастрюльку с кашей в полотенце, чтобы та не остыла. Достала лучшую скатерть, накрыла на стол белый сервиз, серебряные приборы, положила в черные квадратные креманки мед и варенье. Уселась за стол и невидящими глазами уставилась в коридор. В памяти всплыла овчарка Артура: точно так же Лина гипнотизировала сегодня дверь, как следила Бекки за углом универсама, за которым вчера скрылся ее хозяин. «Какое-то наваждение! — она прислонилась затылком к стенке холодильника. — Я больше не боюсь ни Лехи, ни его подельников. Но животный страх душит меня от одной только мысли, что Артур больше не придет».

 Когда отчаяние достигло апогея в замке, повернулся ключ и на пороге возник Артур с букетом огромных рыжих лилий и пакетом продуктов. Взвизгнув от радости, Лина бросилась к нему и прижалась к его груди. Он едва успел поставить пакет на тумбочку, захлопнуть пятой точкой дверь и распахнуть объятья.

 — Привет, мышонок, я думал ты еще отсыпаешься после бессонной ночи, — он покружил ее вокруг себя и донес до кухни, умудрившись при этом не выронить букет. — Ого, уже и рубон приготовила? Молодца. Держи цветы и продукты разбери, я пока руки вымою.

 Артур сегодня приоделся: явно новая темно-синяя футболка и черная кожаная куртка против вчерашней бесформенной зеленой куртки, безразмерной рубашки в клетку и вылинявшей красной футболки. Он повесил кожанку на вешалку и ушел в ванную. Лина налила в вазу воды, сунула туда лилии и, поставив их на стол, бросилась в комнату, чтобы переодеться. Она не услышала, как Артур бесшумно подошел к ней.

 ***

 — Я соскучился, — быстрым движением он спустил с ее плеч халат, развернул Лину к себе лицом и прижался к губам.

 Артур целовал Лину, пока сердце ее не зашлось как бешеное под его рукой. Тело ее задрожало, щеки вспыхнули маковым цветом, и Лина широко распахнула глаза. Переведя дух, она жалобно мяукнула:

 — Я чуть с ума не сошла, когда поняла, что ты ушел.

Лина потянула его за ремень брюк. Артур одним движением расстегнул джинсы, и они упали к его ногам.

 — Молчи, женщина!

 — Ты не можешь быть настоящим, — Лина прислонилась к стене и застонала, когда он коснулся рукой ее самых сокровенных мест. — Ты сон, наваждение.

 Артур улыбнулся и, дразня, прижался вздыбленной плотью к ее бедрам. Его улыбка стала шире, когда он увидел, что Лина затаила дыхание и томится ожиданием.

  Берусь доказать, что ты заблуждаешься, — он подхватил ее как пушинку, и усадив на бедра, прижал к стене. В этот раз произошло все быстро, но не менее замечательно, чем было ночью.

 ***

За столом Артур нахваливал ее кашу. А Лина изумленно уставилась в пакет с продуктами: сырокопченая колбаса, черная икра, шампанское, водка, французский багет.

 — По какому поводу кутим?

 — Отмечаем сегодня нашу помолвку.

 — А ты мне сделал предложение?

 — А разве нет? — Артур взял гренку и намазал ее медом. — То есть ты думаешь, что ночью все было просто бла-бла-бла?

 Лина подошла сзади и, обняв его за плечи, поцеловала в макушку.

 — Если бы не жетоны, то я решила бы, что все это сон. Самый прекрасный сон в моей жизни.

 Артур потянул ее за руку и усадил к себе на колени.

 — Тогда просыпайся, Спящая красавица! — он приложил ладонь к животу Лины, — А то принцу завтра уезжать, а ты все еще в состоянии анабиоза. В плоском пузике наверняка маковой росинки еще  не было?

— Пузико пустое, — улыбнулась она.

Артур зачерпнул в ложку немного  каши.

— Значит будем кормить. Открывай рот. Ложечку за Лину.

— Сначала за тебя.

— Договорились.

После завтрака Артур спросил.

— Лина, расскажи все,  что знаешь о том парне и его подельниках. Адреса, пароли, явки?

 Она сжала виски руками.

  — Только саму баню. Но они там просто отдыхали, как я поняла.

  — А марка, номера машин, как ублюдосы называли друг друга?

  — Вряд ли имя Леха и то, что у него «бмв» тебе что-то даст… Парень, который завез меня туда… Имя у него редкое — Кеша! И если не наврал, то в этом году он закончил наш «кулек», институт культуры…

  — Я понял, продолжай! Уже горячее.

  — Машина у него белая, новая, значок на ней такой… как молния.

  — Значок, — хмыкнул Артур и потрепал Лину по плечу, — Молния, молния… Опель, что ли?

  Она изобразила изображение предполагаемой молнии в воздухе.

  — Точно, опель, — кивнул он. — Еще что помнишь?

  Лина сцепила пальцы и покачала головой.

  — Понимаю, что круглая дура, села к незнакомому парню в машину. Но в ту ночь мне показалось, что с отцом нехорошо, и я плохо соображала, что творю. Все мысли были о нем.

  — Вчера я навалял этому Лехе не слабо. Но не знал весь расклад, так бы… — Артур закусил губу. — В любом случае если ему известен твой адрес, лучше тебе где-то переждать, пока я вернусь. За один день весь Питер по таким скудным сведениям не перетрясти. Но я этого так не оставлю. А пока… Давай, сниму тебе квартиру? Ты ведь не работаешь сейчас?

  — Я в поисках. Но деньги есть, — поспешно затараторила Лина. — Ты, главное, возвращайся!

  Она вскочила с его колен, бросилась в коридор и вернулась с ключами.

  — Держи! Я хочу, чтобы ты, так же как сегодня, неожиданно пришел и открыл дверь своими ключами. Даже если буду не дома, оставлю записку, где меня искать!

  Артур взял ключи, вновь усадил Лину на колени, обнял и прошептал:

  — Я люблю тебя.

  ***

  Артур придирчиво оглядывал гостиничный номер, пока Лина перекладывала вещи из сумки в шкаф.

  — А почему именно «Москва»?  

  — Когда я еще работала в театре, приезжали знакомые ребята на гастроли, и мы с коллегами здесь тусили с ними.

  — Приятные воспоминания — это хорошо…

  — Дней за пять определюсь с жильем. А пока не хочу оставаться одна, — Лина расставила на полочке в ванной душевые принадлежности и повернулась к Артуру. — Ну вот и все! Можем отправляться на прогулку!

  — Давай зайдем в Лавру?

  — Куда скажешь!

  Лина с Артуром миновали некрополь, прошли через Северные ворота и свернули в парк за митрополичий корпус. Вековые деревья, не спеша расставаться со своим ярким нарядом, торжественно возвышались над головами немногочисленных туристов и горожан. Солнышко уже не грело, но радовало глаз. По тропинке, пританцовывая, бежала девчушка с букетом из желто-красных листьев, и у Артура в тоске зашлось сердце: «Я хочу дочку, с такими же серыми глазами, как у Лины! Чтобы мы также гуляли по парку, но уже втроем, — он обернулся на купола Свято-Троицкого Собора, — Господи, не оставь ее, пока я буду далеко». Через знакомых из ведомства Артур запросил сегодня данные на некоего Иннокентия: «Если таковой учился в ближайшие годы «кульке», то лучше бы ему было не рождаться на свет. Совсем здесь распоясались ублюдки, пока нормальные пацаны воюют».

  — Пойдем в храм, — Артур потянул Лину обратно.

  — В джинсах нельзя, да и платка у меня нет с собой.

  — Ну и чего теперь? В церковь нельзя? Пойдем, я сказал.

  Платки нашлись при входе в собор. Один Лина повязала на голову, а второй обернула вокруг талии. Артур положил три земных поклона, приобрел несколько свечей и, кивнув Лине, направился к иконе Николая Чудотворца. К ним подошел убеленный сединами священник в черном одеянии.

  — Чем-то могу помочь, молодые люди? — он посмотрел на них по-старчески мудрыми, светлыми глазами.

  — Да, я хочу обвенчаться с этой девушкой.

  — Похвально! Вы уже женаты?

  — Нет… — Артур поджал губы и взглянул на Лину, и снова на батюшку. — Мы знакомы один день, но эта именно та женщина… В общем, я люблю ее, и она очень нуждается в моей защите.

  Священник слегка потянул носом.

  — Я не пьян, я уезжаю завтра в командировку. А она… остается одна, и ей угрожает опасность.

  — Я понял, солдатик, — вздохнул священник и перекрестил Артура, — Вернешься — обвенчаетесь. Пути Господни неисповедимы, но будет все по воле Его и молитвам вашим. Как зовут?

  — Артур и Лина.

  — Артемием крещен?

  — Да.

  — Склоните головы ваши.

  Лина с Артуром опустились на колени, священник накрыл их епитрахилью и прошептал слова молитвы.

  — Идите и не грешите, — благословил он их на прощание.

 Артур увлек Лину за колонну и подвел ее к иконе Спасителя, зажег две свечи и вручил одну Лине.

 — Повторяй за мной… Клянусь любить тебя… — Артур повернулся к возлюбленной и взял ее за руку.

 — Клянусь любить тебя, — глаза ее сияли, отражая свет свечи.

 — В горе и в радости…

 — В горе и радости, — завороженно повторила Лина.

 — В богатстве и в бедности…

 — В богатстве и в бедности.

 — В болезни и в здравии…

 — В болезни и здравии…

 — Пока смерть не разлучит нас — произнесли они в унисон и поставили свечи перед образом.

 Артур привлек Лину к себе, и они скрепили клятву поцелуем. 

 ***

 Из собора Лина не вышла, а скорее вылетела на крыльях. Она украдкой посматривала на спутника. Артур шел, погруженный в мысли, время от времени сжимая ее ладонь в своей.

 — О чем задумался, солдатик? — подергала она его  за куртку.

 Артур встрепенулся и будто вернулся с облаков на землю.

 — О тебе, мой ангел, — улыбнулся он и подхватил ее на руки. — Последние сутки все мысли мои только о тебе.

 Лина испуганно оглянулась, но проходившие мимо люди не обращали или делали вид, что не обращают на них внимания. Сгорбленная старушка, собирающая милостыню, улыбнулась и обратилась к Артуру:

 — За твоей спиной ангел, сынок.

 — Ангел у меня в руках, — он притормозил около нее и поставил Лину на ноги.  — Помолись за Артемия с Линой.

Артур достал из кошелька несколько купюр и опустил в кружку.

 — Ух ты! Благодарствую, сынок, помолюсь, — она перекрестилась худой морщинистой рукой и повторила. — Ангел за твоей спиной, а невесту ты хорошую взял.

 Артур чуть склонил голову перед ней.

 — Будь здорова, мать.

 — Береги там себя, — кивнула старушка.

 Артур обхватил Лину за талию, и увлек вперед. Она шла, не сводя завороженного взгляда с Артура: «Сначала батюшка, а теперь вот эта старушка… Они видят в нем то, что скрыто от моих глаз. Но ведь и я с первого взгляда поняла, что за этим человеком пойду хоть на край света. Вся сила мира сокрыта в нем что ли?».

 — Мышка, сотри блаженную улыбку с лица и смотри под ноги, — подмигнул он ей. — Упасть я тебе не дам, но оступиться можешь легко на такой мостовой.

 — Я хочу танцевать для тебя, — неожиданно для самой себя сказала Лина. — У лесного озера!

 Артур с интересом взглянул на нее.

 — Это что-то новенькое! — удивился он. — Погнали.


Продолжение следует.